Интегративные перспективы в психоанализе

Что мы думаем о необходимости диагноза в психоанализе?
30.11.2016
Клинические исследования в нейропсихоанализе. Введение в глубинную нейропсихологию
Каплан-Солмз К., Солмз М. “Клинические исследования в нейропсихоанализе. Введение в глубинную нейропсихологию”.
06.12.2016

Интегративные перспективы в психоанализе

Клемёнова Арина "Птица"

Психоаналитическое знание в течение первой половины ХХ столетия перевернуло наши представления о психической жизни. Это учение представило ряд новых концепций психического детерминизма, бессознательных психических процессов, а также иррациональности мотивации человека. Дальнейшее развитие психоаналитической теории расширило сферу практического применения за рамки невротических расстройств. Вместе с тем психодинамическая традиция продолжает являть собой не только наиболее целостную, интеллектуально состоятельную картину психического аппарата, но что наиболее значимо, клиническую дисциплину с подробно разработанной методологией исследования и терапии [51, 17, 32].

С самого своего основания психоанализ развивался в русле синтеза клинических фактов и культурологического материала. Так, эдипов комплекс идентифицирован Фрейдом не только на основе наблюдений, но и анализа литературы, архитектурных и мифологических источников. Эвристический потенциал психоанализа реализовался в абсорбции наиболее прогрессивных и интеллектуально ёмких технологий познания.

Во второй половине ХХ в. процесс интеграции гетерогенного знания, положенный Фрейдом, получил новые импульсы, благодаря стремительному расцвету гуманитарных и естественных наук. Достижения нейрофизиологии, психолингвистики, нейропсихологии, когнитивных наук, семиотики, теории искусственного интеллекта и структурализма обогатило психоаналитическую теорию. Расширение теоретической базы не могло не повлиять и на клиническую практику. Как пример успешного воплощения междисциплинарного синтеза в психоаналитической практике можно привести концепцию У. Биона [6], во многом адресующейся к положениям формальной логики, семиотики и психолингвистики. Так одним из источников знаменитой таблицы Биона, аккумулирующей в себе его разнообразные идеи, служит работа Готлиба Фреге «Шрифт понятий» [43], посвящённая созданию формализованного письменного языка логики. Другим примером успешного внедрения психосемантики, идей структурализма и психолингвистики является психоаналитическая концепция структуры бессознательного мышления И. Матте-Бланко [54] и её современное приложение [56].

Целью настоящей работы является попытка обозначения наиболее перспективных с нашей точки зрения направлений, разобщённых по историческим и, возможно, политическим мотивам, но потенциально доступных обобщению в единую концептуальную базу. Представляется, что рассматриваемые сферы психоаналитического знания отражают лишь один из множества аспектов психической жизни. Интеграция этих подходов позволила бы оценить объект изучения не только в многогранной статике, но также в динамике.

Представляется незаслуженно забытым и неиспользуемым в клинической практике обширное наследие П. Шильдера, который первым синтезировал представления фрейдовской школы, эволюционно-развитийную концепцию Д. Х. Джексона [48] и классическую психопатологическую семиотику в целостную систему понимания закономерностей зарождения, развития и патологического функционирования человеческой психики [58, 59].

Особенно прогрессивными воспринимаются его идеи в свете достижений методов современной физиологии и нейровизуализации, а также экспериментальной психологии. Незаслуженно забытыми до сих пор остаются работы П. Шильдера о ментализации физиологии зрения, развитии мышления и памяти [57]. Указанные исследования важны не столько для собственно психоаналитической терапии, сколько представляют ценность для создания новой концептуальной базы психиатрии и психологии [50].

К сожалению, недостаточно востребован и опыт экспериментального изучения бессознательного, разработанный одним из первых российских психоаналитиков А. Р. Лурией, в последующем ставшим основателем новой клинической дисциплины — нейропсихологии. Его фундаментальный труд «Природа человеческих конфликтов» [20], раскрывающий физиологическую базу внутриличностного конфликта и механизмы его вытеснения, не потерял своей актуальности и ныне. Важное значение для естественно научного обоснования психоаналитической концепции защитных механизмов, в частности вытеснения, имеют значение работы даже тех исследователей, которые работали в иной методологической парадигме.

Последние десятилетия характеризуются интересом когнитивных наук к сфере бессознательного. Когнитивистика использует различные экспериментальные подходы для изучения открытых Фрейдом явлений вытеснения, символизации, сгущения и др. [39, 40]. Изучение бессознательного с позиций экспериментально-когнитивного и нейрофизиологического подхода ведётся и в России [1]. Стоит заметить, что подобные исследования проводились в СССР и ранее, едва ли не с 50-х гг. прошлого века [10, 24, 37, 38]. Особо интересными представляются экспериментальные изучения психологических защит Э. А. Костандова [15]. В то время как IPA проявляет всё больший интерес к экспериментальным и нейрофизиологическим исследованиям бессознательного [51, 53 и другие], в России интересные и подчас пионерские работы в этих областях незаслуженно преданы забвению. Хотя именно в России, благодаря А. Р. Лурии, зародился и получил глубокое методологическое обоснование этот подход.

Открытие парадоксальной фазы сна [49] дало продуктивный импульс для нового осмысления фрейдовской теории сновидений в свете новейших данных нейронаук. Крайне интересные нейрофизиологические исследования мотивационной функции парадоксальной фазы сна, причём в свете энергетической концепции З.Фрейда, проводились в СССР Тенгизом Ониани и его сотрудниками [10, 24]. Сходные исследования, созвучные наиболее прогрессивному интегративному подходу за рубежом, проводились В. С. Ротенбергом, также учитывающим психоаналитическую точку зрения [28, 29]. Современным этапом интеграции психоанализа и нейрофизиологии в этом направлении является нейропсихоанализ, раскрывающий механизмы бессознательного на основе динамической локализации психических функций в морфологическом субстрате [13, 53].

Ещё одним ключевым направлением интеграции психоанализа и экспериментальных наук является изучение поведения ребёнка и его взаимодействия с ближайшим окружением. Фундаментальной психоаналитической работой, положившей начало исследованиям такого рода, является опыт Рене Шпица, начатой в 40-х гг. прошлого столетия [60], является труд «Первый год жизни» [41]. Однако попытки объективировать становление психических процессов путём наблюдения за поведением младенцами предпринимались много ранее [9, 14]. Отрадно, что и в этой области первые российские психоаналитики отметились новаторскими изысканиями [см. также здесь]. Наиболее интересный пример этого — описание поведения ребёнка в «Дневнике матери» В. Шмидт [19]. Отдельные интересные работы по экспериментальному изучению бессознательного у детей встречались и в советской педагогической психологии [34]. Интеграция положений классического фрейдизма в отношении психосексуального развития с данными объективной регистрации поведения младенца позволило М. Малер создать продуктивную и эвристически ценную концепцию сепарации-индивидуации. Данные экспериментального наблюдения за детьми являются ключевыми и в концепции привязанности Дж. Боулби [7]. Перспективной представляется интеграция психоаналитических теорий развития с достижениями нейрофизиологии в области онтогенеза структур и функций ЦНС, что, несомненно, поспособствует совершенствованию наших представлений о развитии психики [4].

Ещё одной перспективной областью междисциплинарного взаимодействия является создание средств психологической диагностики структуры личности и методик измерения эффективности психоаналитической терапии. Гениальные находки Г. Роршаха, Л. Зонди, Р. Розенцвейга, Г. Мюррея, К. Маховер парадоксальным образом остаются невостребованными в психоаналитической теории и практике. Предпринимаются лишь отдельные попытки дать оценку эффективности терапевтического процесса [22, 25]. Внедрение в повседневную психоаналитическую практику психодиагностических методик и инструментов оценки эффективности являет собой насущную проблему современного психоанализа и возможно лишь в русле интегративного подхода.

Психоанализ как метод зародился в лоне психиатрической клиники. Подавляющее большинство основных его открытий сделаны, несмотря на сомнения Фрейда, психиатрами в парадигме медицинской диагностики и терапии (К. Абрахам, П. Шильдер, П. Федерн, Э. Джонс, Х. Хартманн, Д. Винникотт, Р. Фейрберн, Г. Розенфельд, М. Балинт, У. Бион, М. Малер, Х. Кохут, К. Меннингер, Ф. Александер, О. Кернберг, Х.Кэхеле и мн. мн. др.). Наиболее плодотворной видится медицинская модель психоанализа, свободная от карательной психиатрической стигматизации. В этом плане особую ценность представляет взаимное обогащение психоанализа и гуманистической психиатрии на базе клинического исследования.

Плодотворным для становления и развития многих гуманитарных дисциплин стало сотрудничество А. Р. Лурии с Р. Якобсоном. Их диалог во многом обогатил как нейропсихологию, так и психолингвистику новыми открытиями [21]. Однако собственно психоаналитическая теория и практика в меньшей степени восприняла перспективы такого сотрудничества. Широкой публике более известны идеи Ж. Лакана, по существу являющиеся позднейшей репликой на инновации Пражского лингвистического кружка [3, 21]. Буйное творчество Лакана оказало «медвежью услугу» психоанализу, отшатнувшегося от словоохотливого говоруна и выплеснувшего из ванны вместе с грязной водой «ребёнка» — то ценное, что лингвистика могла бы дать психоанализу. Одна из наиболее эффектных его идей о том, что бессознательное структурировано как язык, не получила признания психоаналитического сообщества после её обстоятельной критики Ж. Лапланшем [18]. Подмена внимательного отношения к речи пациента собственной красивой фразой, постепенно теряющей аналитическую глубину и вес, привело лаканистов к тому, от чего они пытались изначально уйти — феномену «пустой речи» — говорению ради говорения. Свои ранние удачные находки («воображаемое» — «символическое» — «реальное», вытекающие из идей Ф. де Соссюра [30]) Ж.Лакан не смог превратить в эффективный инструмент реконструкции психических процессов, стоящих за речью (современная теория речепорождения) [3]. Отблески красочной, фееричной, но бессодержательной техники и философии Лакана к сожалению опалили и весь французский психоанализ.
Перечислить все перспективные точки взаимодействия психоанализа и психолингвистики не представляется возможным в рамках данной статьи. Назовём лишь пару, на наш взгляд наиболее многообещающих:


1. Исследования связности текста [44, 16].

2. Анализ речевых ошибок с точки зрения лингвистики, концепция поверхностной и глубинной структуры речи [3, 47] и связанная с ней теория фреймов [55].

Смежными с психолингвистикой областью являются семиотика и нарратология. Отдельные работы психоаналитически ориентированных авторов в этих областях представляют несомненный интерес [52, 45, 42, 33]. Перспективным представляется исследование материала сновидений и психоаналитического сеанса как нарратива (связного текста) [27, 16]. Особенно интересными в этом аспекте представляются работы современных итальянских психоаналитиков [31].

Ещё более увлекательны и продуктивны модели, интегрирующие психоанализ, структурализм и семиотику в исследовании фольклора, традиционных и современных социальных ритуалов, литературы и других произведений искусства [11, 46]. Собственно психоаналитический метод, как это не покажется странным, тоже способен извлечь немалую выгоду из исследования фольклора и искусства, что интуитивно понимали классики психоанализа [23]. Дело в том, что до сих пор некоторые базовые концепции психоанализа подвергаются критике за отсутствие эмпирической валидизации и естественно научного обоснования [12, 2, 26]. Например, концепция эдипова комплекса, до сих пор остающаяся центральной, со времён Фрейда имеет весьма неочевидную с точки зрения естественных наук опытную экспериментальную базу. Социальный резонанс, имеющий точную количественную оценку (например, тираж литературного произведения) того или иного произведения искусства, с достоверно выявляемым эдипальным сюжетом, позволяет проводить сравнение и определять статистическую значимость различий, верифицируя внутрипсихическое явление в контексте социологии.
Даже этот неполный перечень перспективных зон взаимодействия психоанализа с другими дисциплинами убеждает нас в необходимости планомерного поиска и творческого синтеза в этом направлении.


Список литературы


1. Агафонов А. Ю. Когнитивная психомеханика сознания, или Как сознание неосознанно принимает решение об осознании. — Самара: Универс групп, 2006. — 348. с.
2. Аллахвердов В.М., Кармин А.С., Шилков Ю. М. Принцип проверяемости. Часть II. Проверка теоретического знания // Методология и история психологии. — 2008, Т.3, вып.1. — С. 195–209.
3. Ахутина Т. В. Порождение речи: Нейролингвистический анализ синтаксиса. — М.: Либроком, 2012. — 218 с.
4. Баумгарт Л. Исследования грудных детей и детей младшего возраста // Ключевые понятия психоанализа. — СПб: Б&К, 2001. — С. 208–214.
5. Бион У. Внимание и интерпретация. — СПб.: ВЕИП, 2010. — 192 с.
6. Бион У. Элементы психоанализа. — М.: Когито-Центр, 2009. — 127 с.
7. Боулби Д. Создание и разрушение эмоциональных связей. Руководство практического психолога. — М.: Канон-Плюс, 2014. — 272 с.
8. Бремон К. Логика повествовательных возможностей // Cемиотика и искусствометрия. — М., 1972. — C. 108–135.
9. Винникотт Д. В. Игра и реальность. — М.: Институт Общегуманитарных Исследований, 2002. — 288 с.
10. Вопросы нейрофизиологии эмоций и цикла бодрствование-сон. Ч.1./ Под общей ред. Т. Н. Ониани; Ин-т физиологии. — Тбилиси: «Мецниереба», 1974. — 190 c
11. Гамбургер А. Психоанализ и литература // Ключевые понятия психоанализа. — СПб: Б&К, 2001. — С. 287–293.
12. Игл М. Н. Критика психоанализа в связи с недостатком эмпирических исследований // Ключевые понятия психоанализа. — СПб: Б&К, 2001. — С. 41–50.
13. Каплан-Солмз К., Солмз М. Клинические исследования в нейропсихоанализе. Введение в глубинную нейропсихологию — М.: Академический проект, 2016. — 271 с.
14. Кляйн М., Айзекс С., Райвери Дж., Хайманн П. Развитие в психоанализе. — М.: Академический проект, 2001. — 512 с.
15. Костандов Э. А. Функциональная асимметрия полушарий головного мозга и неосознаваемое восприятие. М.: Наука, 1983. — 171 с.
16. Купеллони П. Автобиографическая функция сознания как терапевтический фактор в психоанализе // Терапевтические факторы в психоанализе. Спецефичность и неспецифичность процессов трансформации. — М.: Когито-Центр, 2007. — 206 с.
17. Куттер П., Мюллер Т. Психоанализ. Введение в психологию бессознательных процессов. — М.: Когито-центр, 2011. — 384 с.
18. Лапланш Ж. Проблематики. — Ижевск: ERGO, 2011. — 386 с.
19. Лейбин В. Почему «Дневник матери» В. Шмидт не был опубликован в 20-х годах ХХ века // Юбилейный сборник ЕКПП-Россия-Москва 2009–2014, 2014: 127–135 с.
20. Лурия А. Р. Природа человеческих конфликтов. Объективное изучение дезорганизации поведения человека. — М.: Когито-Центр, 2002. — 528 с.
21. Лурия А. Р. Этапы пройденного пути: Научная автобиография. — М.: Изд-во Моск. Ун-та, 1982. — 184 с.
22. Люборски Л. Принципы психоаналитической психотерапии. М.: Когито, 2003. — 256 с.
23. Между Эдипом и Озирисом. — М.: Совершенство, 1998. — 512 с.
24. Нейрофизиология эмоции и цикла бодрствование-сон. Ч.3. / Ред. Т. Н. Ониани; АН Груз. ССР, Ин-т физиологии. — Тбилиси: Мецниереба. — 213 с
25. Операционализированная психодинамическая диагностика (ОПД)-2. Руководство по диагностике и планированию терапии. — М.: Академический проект; Культура, 2011. — 454 с.
26. Рейстер Г., Тресс В. Эмпирико-номотетические исследования // Ключевые понятия психоанализа. — СПб: Б&К, 2001. — С. 110–115.
27. Рикёр П. Образ и язык в психоанализе // Московский психотерапевтический журнал. — 1996, № 4. — С. 5–22.
28. Ротенберг В. Активность сновидений и проблема бессознательного // Бессознательное. Природа. Функции. Методы исследования. Т. 2. Сон. Клиника. Творчество. — Тбилиси: Мецниереба, 1978. — Гл. 75.
29. Ротенберг В. С. Адаптивная функция сна: причины и проявления её нарушения. — М.: Наука, 1982. — 175 с.
30. Соссюр де Ф. Курс общей лингвистики. Пер. с французского. М.: URSS, 2004. — 256 с
31. Терапевтические факторы в психоанализе. Спецефичность и неспецифичность процессов трансформации. — М.: Когито-Центр, 2007. — 206 с.
32. Томэ Х., Кэхеле Х. Современный психоанализ. Т.1. Теория. — М.: Прогресс-Литера, Яхтсмен, 1996. — 576 с.
33. Тресс В., Рейстер Г. Глубинная герменевтика и теория когерентности / Ключевые понятия психоанализа. — СПб: Б&К, 2001. — С. 115–120.
34. Трунова Н. Об изучении эмоций у детей // Дошкольное воспитание. — 1970, № 5. — С. 28–34.
35. Узнадзе Д. Н. Экспериментальные основы психологии установки. — Тбилиси, 1961.
36. Шерозия А.Е. К проблеме сознания и бессознательного психического. Опыт исследования на основе данных психологии установки. — Т. 1. — Тбилиси, 1969.
37. Шерозия А.Е. К проблеме сознания и бессознательного психического. Опыт интерпретации и изложения общей теории. — Т. 2. — Тбилиси, 1973.
38. Шерозия А. Е. Психика. Сознание. Бессознательное. К обобщенной теории психологии.- Тбилиси: Мецниереба, 1979. — 172 с.
39. Шоре Р. Эмпирические психоаналитические исследования // Ключевые понятия психоанализа. — СПб: Б&К, 2001. — С. 202–208.
40. Шнейдер Г. Психоанализ и когнитивная наука // Ключевые понятия психоанализа. — СПб: Б&К, 2001. — С. 98–105.
41. Шпиц Р.А., Коблинер У. Г. Первый год жизни. — М: Академический проект, 2006. — 352 с.
42. Ферро А. Психоанализ. Создание историй. — М.: Класс, 2007. — 232 с.
43. Фреге Г. Логические исследования, Томск: «Водолей», 1997 г.
44. Ыйм Х. Проблемы понимания связного текста // Синтаксический и семантический компонент лингвистического обеспечения. Новосибирск: ВЦ СО АН СССР, 1979, 177 с. (стр. 19–31)
45. Edelson, M. Language and Dreams — The Interpretation of Dreams Revisited // Psychoanal. St. Child, 1972; 27:203–282.
46. Greimas A. Structural Semantics: An Attempt at a Method. Lincoln, Nebraska: University of Nebraska Press, 1983.
47. Fillmore C. Frame semantics and the nature of language // Annals of the New York Academy of Sciences: Conference on the Origin and Development of Language and Speech, 1976. Vol. 280: 20–32.
48. Jackson J. H. Remarks on evolution and dissolution of the nervous system // The British J Psychiatry — 1887, Vol. 33. — P. 25–48.
49. Jouvet M. Recherche sur les structures nerveuses et les mechanismes responsables des differentes phases du sommeil physiologique // Arch. Italiennes de Biologie, 1962; 100: 125–206.
50. Kandel E. A new intellectual framework for psychiatry // American Journal of Psychiatry 1998; 155: 457–469
51. Kandel E. Psychiatry, psychoanalysis and new biology of mind. — Washington: American Psychiatric Publishing Inc., 2005. — 414 p.
52. Kilroe P. A. The Dream as Text, The Dream As Narrative // Dreaming, Vol. 10, No. 3, 2000, pp. 125–137
53. Levin F. M. Psyche and Brain. The Biology of Talking Cures. — Guilford: IUP, 2003. — 353 p.
54. Matte-Blanco I. Thinking, Feeling and Being. Clinical reflections on the fundamental antinomy of human beings and world. London: Routledge, 1988. — 298 p.
55. Minsky M. A Framework for Representing Knowledge, in: Patrick Henry Winston (ed.), The Psychology of Computer Vision. McGraw-Hill, New York, 1975.
56. Rayner E. Unconscious Logic. An introduction to Matte-Blanco’s Bi-Logic and it’s uses. — London, Routledge1995. — 180 p.
57. Schilder P. Contributions to developmental neuropsychiatry. — NY: IUP, 1964. — 407 p.
58. Schilder P. Das Körperschema. Berlin: Springer, 1923.
59. Schilder P. Introduction to a Psychoanalytic Psychiatry. — New York: International Universities Press, 1951 — 178 p.
60. Spitz, R.A. (1945). Hospitalism-An Inquiry Into the Genesis of Psychiatric Conditions in Early Childhood. Psychoanalytic Study of the Child, 1, 53–74
61. Textbook of Psychoanalysis ed. by Person E.S., Cooper A.M., Gabbard G.O. — Washington: American Psychiatric Publishing, 2005. — 622 p.
62. Мордас Е.С., Мульгинова О.П. Вклад русских психоаналитиков в психологию развития ребенка. // Психология и Психотехника. - 2016. - № 10. - C. 852-863.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *